Генеральная в московской квартире заходит на кухню глубже поддержки после ужина. Фартук, корпус плиты и стекло дверцы снаружи берут как стены комнаты: жир там сидит месяцами, салфетка после супа его не снимает.
За дверцей другой объём. Эмаль, направляющие и внутреннее стекло копят нагар отдельно от фасада. Если камеру не назвали, работу останавливают на корпусе. Ниже — где кухня ещё комната, а где техника, которую не открывают сами.
Фартук и корпус плиты снаружи
Стена между шкафами ловит брызги масла. На глянце плёнка видна сбоку, на кафеле держится в стыках. Зона над конфорками жирнее, угол у смесителя скорее белеет. Одно средство на обе полосы часто даёт развод на одной из них. Скрести покрытие ножом нельзя: царапина на стекле и стёртая краска на МДФ остаются.
Снаружи плиты берут то, до чего рука доходит без разборки: панель, ручки, торцы, лицевое стекло дверцы. Решётки, если снимаются, отмачивают и ставят на место. Стеклокерамику не трут металлом. Ручки в быту оставляют липкими — на генеральной их как раз проходят. Банки и зарядки с фартука убирают, иначе обойдут «остров» вокруг чайника.
Фартук и корпус закрывают как комнату. Камеру за дверцей в тот же проход не кладут: границу так ставит эксперт чистоты, если духовку не назвали отдельной фразой.
Камера, внутреннее стекло и резинка
Внутри другой слой. Жир на эмали запекается циклами, на внутреннем стекле сидит плёнка, в резинке дверцы остаётся крошка. Бытовой спрей «для духовки» на горячую эмаль и на уплотнение не льют наугад: покрытие вспухает, резинка дубеет. Сначала сухой съём крошки, потом состав под материал, мало влаги у паза уплотнения.
Если камеру не проговорили, закрытая дверца выглядит чистой, а противень и задняя стенка липкие. Это не пропуск комнаты, а граница техники. Нагар внутри меняет объём сильнее, чем лишний метр прихожей. Его описывают отдельно, иначе бригада честно закроет фасад и отойдёт от камеры как от закрытого шкафа.
Короб вытяжки снаружи протирают. Решётку снимают, только если она выходит без ключа. Мотор и угольный фильтр в генеральную не входят. Пиролиз и самоочистку не запускают «чтобы клинерам было проще»: цикл идёт часами и портит соседний пластик, если режим выбран неверно.
Противни вынимаете вы
Листы, решётки и формы вынимаете до визита. Пока они стоят в пазах, салфетка не проходит к направляющим и к углам задней стенки. Вынутый противень можно поставить на стол или в раковину — его проходят снаружи, если назвали камеру. Стопкой в духовке их не моют: вода течёт на нижний лист и в паз дверцы.
Если противень прикипел и не выходит, его не срывают силой и не поддевают ножом по эмали. Это отмечают: слой на листе и слой на стенке камеры — разный доступ. Стеклянные формы с трещиной в работу не берут. После мойки листы ставят остывать вне камеры, чтобы пар не сел обратно на чистое стекло.
Без вынутых противней камера остаётся «почти закрытой», даже если фасад уже блестит. Это та же граница, что и неназванная духовка: снаружи комната, внутри техника, до которой нет хода. Если листы тяжёлые и не поднимаются одним человеком, их сдвигают на решётку духовки вперёд — так появляется щель к задней стенке, полный вынос не обязателен.
